Оренбург (Юг Урала)


Это была сделка века! По крайней мере, так считал Геннадий Львович - весьма успешный руководитель страховой компании. Все, что ему требовалось, подписать договор купли-продажи своей доли в пользу «новых партнеров», причем за, весьма солидную сумму. На провинциальный рынок заходили столичные бизнесмены, а для быстрого старта и роста им не хватало самой малости – местной компании, с её разветвленной агентской сетью и наработками. Федеральный закон, не пускал на рынок «монстров» с капиталами, давая не просто развиваться местному бизнесу, но помогая ему, тем самым расти и платить налоги в местный бюджет. Да и по части всех «схем распиливания бюджета», столичных недолюбливали, так как они были заносчивы и решали «проблемы» звонком «наверх», вместо того, чтобы решить дела «по месту».

В свои неполные 47 лет, Геннадий Львович не состоял в браке официально, хотя семья все же была, и жила она не где-нибудь, а в Израиле. Куда каждый год и наведывался наш главный герой. В первую очередь к своей ненаглядной дочурке, которой должно было в этом году исполниться 18 лет. Думая о ней, он представлял, что приедет на землю обетованную в день ее совершеннолетия, «упакованный» по полной программе. И наконец-таки, её мать увидит не просто «единственного еврея неудачника», как она его называла, а вполне респектабельного джентльмена.

Выпавший шанс, был схож на выигрыш в лотерею. Мало того, что после подписания он получал рыночную стоимость за свою долю в страховой компании, но и оставался ею руководить с весьма серьезным окладом и возможно неплохими премиальными. Преград для сделки не было, разве что малозначительная деталь – закрытие сделки осуществлялось аккредитивом. Что означало, снятие средств, только после проведения полной аудиторской проверки компании. Сама проверка его не пугала, смущал её срок, так как деятельность компании не приостанавливалась. Денежный оборот с «новыми владельцами» должен был вырасти в разы, а подписи в новых документах должны были быть Геннадия Львовича. Конечно же, он не идиот, чтобы ставить их, где попало, да и люди, которые пришли на страховой рынок дураками тоже не были.

Прошло два месяца, аудит был на стадии завершения, отношения с партнерами были не просто деловыми, а дружескими. Смущало другое. Не было новых и больших контрактов, а основная «работа» двигалась все так же. Возможно «столичные» не хотели преждевременно посвящать его в свои грядущие планы, присматривались к рынку. Но природное чутье предвещало неприятности.

- Надо встретиться, - пришло сообщение на мобильник. Через минуту оно было дополнено. – Давайте на бульваре, за вашим домом. Отправителя сообщения Геннадий Львович, конечно же, знал. Но только не мог понять, что, же нужно было этому «хитрому лису»? Он только зашел в квартиру, жутко не хотелось выходить. Сменив лакированные туфли на «дворовые калоши» (так он привык называть дежурную обувь для прогулок), поспешно сняв галстук и повесив пиджак на вешалку, одев вместо него ветровку, он вышел из квартиры. Продвигаясь между мамашами с колясками, он заметил идущего навстречу знакомого и прибавил шаг.

- Геша, я слышал, вы разбогатели? – такое начало не сулило ничего хорошего. Втянув голову в плечи, словно черепаха голову в панцирь, Геннадий Львович присел со своим знакомым на скамейку. Ответа не последовало, хотелось сначала выслушать собеседника. Это был его давний приятель – Моисей Иоаннович, по паспорту Михаил Иванович, который он получил еще Советском Союзе, сменив не только имя и отчество, но и фамилию. Талантливый в прошлом ювелир, а сегодня совладелец и консультант сети ломбардов, которые успешно функционировали в разных городах. Геннадий Львович, ежегодно не изменяя традициям, покупал у него ювелирные изделия своей дочурке. Торговался он всегда упорно, и каждая покупка заканчивалась фразой: «Уступаю практически за бесценок, исключительно ради своего соотечественника!»

- Не хочу Вас томить, но хотел бы заручиться, что Вы непременно порекомендуете своего соотечественника своим новым друзьям! Ведь, чтобы проворачивать такие сделки, у вас просто обязаны быть высокие покровители. Мой интерес исключительно в продаже ювелирных изделий, причем вы знаете, что я располагаю порою уникальными вещицами! - это могло продолжаться вечность, но Геннадий Львович решил внести ясность.

- Безусловно, Михаил Иванович! Только я не пойму, о каких покровителях вы говорите, не о столичных ли?

- Я знал, что ты Геша, рано или поздно сорвешь джекпот, еще бы столько трудиться, чтобы достичь положения в обществе и заработать авторитет! Теперь, как я понимаю, авторитет работает на тебя! – это не было похоже на издевку, что показалось весьма странным.

- «Допустим, Моисей прознал об аккредитиве, что весьма сомнительно, но возможно. Соответственно он мог узнать и про «столичных», у которых, по всей видимости - денег, как грязи. Но в таком случае он должен знать, что я никоим образом не смогу свести их с ним!», - мыслил Геннадий Львович. Ну, а вслух выдал следующее:

- Должно быть, вы Михаил Иванович, переоцениваете мои скромные возможности, я лишь наемный директор, который вот-вот получит расчет и выйдет на заслуженный отдых.

- Давайте начистоту Геннадий Львович! Вам предстоит не просто выйти, как вы выразились на заслуженный отдых, вам еще надо «вложить» так сказать свои «пенсионные накопления». Кстати, чем вы собираетесь заниматься после? – не выслушав ответа, он продолжил. – В своем деле, вы, безусловно, превзошли всех мне известных, так сказать «страховщиков»! Но, позвольте вас заверить, что правильно распорядиться «выходным пособием», не совсем так сказать ваше направление.

- Откуда у вас подобная информация, даже спрашивать не буду. Но уверяю, уважаемый Михаил Иванович, у меня есть планы, но от ваших деловых предложений и конечно мудрых советов, я не откажусь, - свесив незначительный поклон, Геннадий Львович при этом еще и улыбнулся.

- Вот и чудно, я всегда знал, что мы с вами найдем общий язык! Кстати, как поживает ваша Настенька? - если бы начало разговора началось бы с этих слов, Геннадий Львович, был бы сбит с толку, он не слушал дальнейшую тираду, касающуюся его личных взаимоотношений, семьи и прочего великосветского бреда.

- … так вы согласны со мной? – Геннадий Львович вздрогнул, словно от пробуждения и попытался уловить ход разговора. - М..м… извините, я задумался, с чем простите, я должен согласиться?

- Боже мой, вы меня даже не слушали! Давайте поступим, как это делают деловые люди! Я пришлю к вам так сказать наброски, по которым вы Геша, сможете оценить будущие перспективы. Вы согласны?

- Да конечно, я думаю - это была бы весьма разумно.

- Отлично! И напоследок, скажите мне честно, вы и вправду решили рискнуть, так сказать на пике своей карьеры?

- Я не вижу никакого риска в предстоящей продаже доли, если у вас есть информация, которой я не владею, буду вам признателен, если вы меня просветите.

Взгляд Михаил Ивановича стал пристальным, и в них читалось удивление. Казалось, он пытался оценить услышанные слова своего собеседника. И еще, такой взгляд ничего хорошо не предвещал. А сказанное им далее повергло в ступор Геннадия Львовича.



предыдущая страница               6               следующая страница